Стоунер-рок: тяжёлые рифы в дыму марихуаны

[Марихуаныч]

Стоунер-рок: музыка пустынь, тяжёлых риффов и марихуаны​

​

Представь: за окном уже темно, дела на сегодня закончены, а тебе совершенно не хочется никуда спешить. Ты включаешь музыку, и вместо привычного бодрого вступления из колонок выползает густой гитарный рифф. Он не торопится, повторяется снова и снова, обрастает басом, барабанами, шорохами усилителей. Через пару минут ловишь себя на том, что покачиваешь головой в такт, а вопрос «когда уже начнётся припев?» вообще перестал иметь значение. Поздравляю, похоже, ты нащупал вход в мир стоунер-рока.

Об этом жанре мне хочется рассказать именно так, без строгих определений и экзамена по истории тяжёлой музыки. Потому что стоунер невозможно понять по одной статье в музыкальной энциклопедии. Его надо почувствовать: в раскалённом гитарном звуке, неспешном груве, длинных инструментальных путешествиях и удивительном сочетании тяжести с расслабленностью. Здесь рядом существуют пустынные вечеринки, психоделический рок семидесятых, хмурый дум-метал и песни с названиями, которые сложно придумать без определённого чувства юмора. Но хорошая новость в том, что для знакомства со стоунером не нужны никакие дополнительные условия. Достаточно пары колонок и готовности дать музыке развиваться в собственном темпе.

Почему этот рок звучит так, будто время замедлилось​

Начнём со звука. Если обычная рок-песня часто старается поскорее добраться до куплета и цепкого припева, то стоунер может минутами наслаждаться одним удачным риффом. Риффом называют короткую повторяющуюся музыкальную фразу, чаще всего гитарную, на которой держится вся композиция. В стоунере он становится почти отдельным персонажем. Гитара заводит вязкий рисунок, бас добавляет ему вес, барабаны находят удобный качающий ритм, а дальше музыканты постепенно меняют детали: добавляют паузу, сдвигают акцент, вводят соло или внезапно убирают половину инструментов. Именно поэтому хороший стоунер так приятно слушать целым альбомом, не отвлекаясь на переключение треков.

Одна из главных примет жанра – густой, слегка шершавый перегруз. Часто для него используют fuzz, эффект, который превращает чистую гитару в плотный, словно потрескивающий звуковой поток. В отличие от аккуратного современного метал-звучания, где каждая нота очерчена максимально чётко, здесь приветствуются шероховатости, гул и ощущение раскалённого лампового усилителя. Гитары нередко настраивают ниже привычного строя, чтобы риффы стали глубже и массивнее. Бас при этом не прячется где-то на заднем плане, а почти на равных участвует в разговоре с гитарой. Добавь тёплую, иногда нарочито старомодную запись, живые барабаны и вокал, который может то прорезаться сквозь шум, то растворяться в нём, – и получишь тот самый звук. Причём тяжесть здесь не обязательно означает бешеную скорость: медленный, уверенный ритм порой ощущается мощнее самой быстрой барабанной дроби.

С названиями легко запутаться, поэтому давай сразу разберёмся. Stoner rock обычно тяготеет к рок-н-ролльному качу, блюзовым корням, психоделии и запоминающимся риффам. Stoner metal усиливает металлическую сторону: звук становится плотнее, мрачнее, иногда заметно медленнее. Desert rock, или пустынный рок, связан прежде всего с калифорнийской сценой и её свободными, просторными, порой почти джемовыми композициями. Есть ещё doom metal, где на первый план выходят тяжесть, замедленный темп и тревожная атмосфера, и sludge metal, который добавляет к этому грязную агрессию хардкора и панка. Границы между ними постоянно пересекаются. Одна группа может за пять минут перейти от солнечного пустынного грува к настоящей металлической лавине, и никто не станет останавливать её ради правильной таблички с названием жанра.

Есть и ещё одна приятная особенность: стоунер не требует от слушателя немедленной реакции. Его можно включить на фоне вечернего разговора, а можно надеть наушники и разбирать каждый поворот композиции. Одна пластинка работает как саундтрек к долгой дороге, другая похожа на экскурсию в странный фантастический фильм, третья давит басом так, что хочется проверить, не дрожат ли стены. Поэтому, если первая попавшаяся группа покажется слишком медленной или шумной, не спеши ставить крест на жанре. Возможно, тебе просто ближе его более мелодичная, блюзовая или психоделическая сторона. У стоунера хватает разных дверей, и дальше мы заглянем почти в каждую.

Всё началось задолго до слова «стоунер»​

​

Чтобы понять, откуда взялась эта музыка, придётся перенестись в конец шестидесятых и начало семидесятых. Тогда тяжёлый рок ещё не успел разойтись по десяткам жанров, а музыканты вовсю экспериментировали с громкостью, гитарным перегрузом и длинными импровизациями. Американская Blue Cheer уже в 1968 году выпускала оглушительный психоделический рок, а британские группы смешивали блюз с всё более массивными гитарными партиями. Deep Purple, Led Zeppelin, Cream, ранний психоделический и гаражный рок – у каждого из этих направлений будущие стоунер-музыканты нашли что-то своё. Но если выбирать одну группу, без которой разговор о жанре просто не состоится, это, конечно, Black Sabbath. И дело далеко не только в их репутации родоначальников хеви-метала.

Тони Айомми играл такие риффы, будто кто-то научил тяжёлые предметы двигаться по нотам. Гизер Батлер подкладывал под гитару насыщенный бас, Билл Уорд умел сделать даже неторопливую партию барабанов нервной и живой, а голос Оззи Осборна добавлял всему происходящему странную, почти потустороннюю интонацию. В ранних записях Sabbath уже слышно многое из того, что позднее станет основой стоунер-метала: пониженный строй, блюзовые обороты, резкие перепады динамики, длинные фрагменты, построенные вокруг нескольких цепких нот. Для начала включи Black Sabbath, N.I.B. или Into the Void. Даже если давно знаком с этими песнями, попробуй послушать их не как классику металла, а как чертежи будущего жанра. Неожиданно многое встанет на свои места.

А теперь история, которая слишком хороша, чтобы пройти мимо. В 1971 году Black Sabbath выпустили альбом Master of Reality, открывавшийся композицией Sweet Leaf. Прежде чем вступает гитара, на записи слышен довольно характерный кашель. Это не студийная шутка, специально сыгранная музыкантами. По воспоминаниям Тони Айомми, Оззи предложил ему самокрутку с каннабисом, гитарист затянулся, закашлялся, а записывающая аппаратура в тот момент работала. Музыканты решили оставить звук в начале песни. Само название Sweet Leaf, «сладкий лист», тоже отсылает к каннабису, и для будущих поколений стоунер-групп эта композиция стала практически музыкальным манифестом. Самое занятное здесь то, что жанра с привычным нам названием ещё не существовало, но его эстетика уже прекрасно слышалась на пластинке.

Влияние Sabbath не ограничилось одной песней или тематикой текстов. Музыканты следующих поколений возвращались к их альбомам ради особого ощущения тяжести, которую создаёт не количество нот, а их вес и расположение. Вместо бесконечной гонки за виртуозностью можно построить захватывающую композицию на простом риффе, если правильно выбрать звук и дать музыке подышать. От психоделического рока стоунер унаследовал любовь к повторениям, эффектам и длинным соло; от блюза – телесный, почти физически ощутимый грув; от Sabbath – способность сделать несколько медленных аккордов по-настоящему монументальными. Но чтобы всё это превратилось в самостоятельную сцену, понадобилось ещё одно необычное место. И вот тут начинается моя любимая часть истории.

Калифорнийская пустыня, бензиновые генераторы и рождение Kyuss​

Представь юг Калифорнии конца восьмидесятых. Городки вокруг Палм-Дезерт, жара, пыль, длинные дороги, а вокруг – пространства, которым, кажется, вообще нет конца. Подросткам хочется играть громкий рок, только вот подходящих клубов почти нет, да и на обычных домашних вечеринках слишком быстро появляются недовольные соседи или полиция. Выход нашли в духе настоящего музыкального подполья: загружали аппаратуру в машины, ехали подальше от жилых кварталов, заводили бензиновые генераторы и устраивали концерты прямо среди песка и камней. Так появились легендарные generator parties, вечеринки с генераторами. Никаких идеально выставленных прожекторов, билетов с QR-кодами и огороженных фан-зон. Только музыканты, друзья, громкие усилители и ночь, которая ещё не скоро закончится.

Конечно, за прошедшие десятилетия вокруг этих вечеринок выросла целая мифология. Их легко представить бесконечным беззаботным фестивалем, хотя сами участники вспоминали и драки, и неприятные встречи с полицией, и непредсказуемость происходящего. Но музыкальное значение этих сборищ трудно переоценить. На такой площадке никто не требовал уложить песню в три минуты или сыграть обязательный хит. Можно было пробовать длинные импровизации, испытывать новые риффы, учиться чувствовать реакцию людей буквально в нескольких шагах от усилителя. Одним из центров ранней сцены стали музыканты Yawning Man, а особенно заметной группой оказалась Kyuss. Состав менялся, но имена вокалиста Джона Гарсии, гитариста Джоша Хомме, барабанщика Бранта Бьорка и басистов Ника Оливери и Скотта Ридера навсегда остались связаны с историей пустынного рока.

Секрет Kyuss состоял не только в необычном месте выступлений. Группа научилась звучать так, будто сама пустыня подключилась к усилителю. Гитара Джоша Хомме не режет пространство тонким металлическим визгом, а катится широкой, низкой волной. Для своего фирменного тембра он экспериментировал с нестандартным оборудованием, в том числе использовал басовые кабинеты и пониженный строй. Из-за этого риффы получались мощными, но не теряли живого рокового движения. Бьорк добавлял барабанам упругий, почти фанковый ритм, а Гарсия пел на грани пронзительного крика и мелодии. В результате получалась музыка, одновременно тяжёлая и удивительно просторная. Она не давит на тебя стеной с первой секунды, а затягивает в свой ритм, пока ты вдруг не осознаёшь, что уже минут пять следуешь за одной гитарной петлёй.

Если хочешь услышать момент, когда пустынный рок окончательно обрёл характер, включи Blues for the Red Sun 1992 года. Green Machine сразу объяснит, что такое грув, против которого бессильны любые попытки сидеть неподвижно. Thumb покажет более тяжёлую сторону группы, а 50 Million Year Trip (Downside Up) утащит в длинное психоделическое путешествие. Затем переходи к Welcome to Sky Valley 1994 года. Здесь Kyuss уже не просто играют отдельные удачные песни, а словно строят целый ландшафт из звука. Особенно советую Gardenia, Demon Cleaner и Space Cadet. Последняя композиция показывает, что стоунер способен быть почти нежным, не теряя своего узнаваемого характера.

Kyuss распались в 1995 году, так и не превратившись при жизни в гигантскую коммерческую группу. Зато дальше произошло то, что бывает с по-настоящему влиятельной музыкой: её идеи стали расползаться во все стороны. Джош Хомме создал Queens of the Stone Age, Гарсия продолжил играть в Slo Burn, Unida и других проектах, Бьорк сотрудничал с Fu Manchu и выпускал собственную музыку, а другие участники также не покинули сцену. Desert rock перестал быть исключительно местным явлением. Впрочем, пока Калифорния развивала свой тёплый, раскачивающий звук, чуть севернее музыканты экспериментировали совсем с другой разновидностью тяжести. Там риффы становились медленнее, композиции – длиннее, а связь с каннабисом приобретала совершенно космический размах.

Sleep: когда один рифф превращается в целое путешествие​

​

Если Kyuss ассоциируются с дорогой, раскалённым воздухом и ощущением открытого пространства, то Sleep предлагают совсем другой опыт. Представь, что кто-то взял самые тяжёлые моменты Black Sabbath, замедлил их ещё сильнее, добавил баса и решил посмотреть, как долго можно удерживать внимание слушателя практически без привычной песенной структуры. В начале девяностых троица из Северной Калифорнии – гитарист Мэтт Пайк, басист и вокалист Эл Сиснерос и барабанщик Крис Хэкиус – последовательно двигалась именно в эту сторону. Их музыка не пытается понравиться с первого припева. Она постепенно накрывает повторяющимися фигурами, и через некоторое время сам начинаешь воспринимать небольшое изменение ритма как целое событие. Звучит странно? Возможно. Но у такого подхода удивительно затягивающий эффект, особенно если не ждать от него обычного рок-концерта.

Начать знакомство со Sleep лучше с альбома Sleep's Holy Mountain 1992 года. Открывающая Dragonaut – почти идеальная визитная карточка группы: огромный, но подвижный рифф, густой бас и вокал, который словно доносится из глубины усилителя. The Druid и Holy Mountain добавляют ещё больше первобытной тяжести, а вся пластинка звучит как приключение в мире древних культов, фантастических пейзажей и музыкальных галлюцинаций. Здесь очень хорошо слышно, чем стоунер-метал отличается от тяжёлой музыки, построенной на скорости. Кажется, каждый удар по струнам обладает собственной массой. Он ещё не успел окончательно затихнуть, а следующий уже толкает композицию вперёд. И всё это держится не на бесконечных соло, а на почти медитативном повторении.

Но настоящую легенду Sleep создали позже, когда записали Dopesmoker. Это композиция продолжительностью около часа, посвящённая фантастическому паломничеству через вымышленный мир, где каннабис превратился в часть религиозной и мифологической символики. Да, ты правильно понял: не альбом из десяти песен, а один огромный музыкальный маршрут с медленно меняющимися риффами. История выпуска получилась не менее необычной, чем сама запись. Материал был записан в 1996 году, но лейбл не представлял, как выпускать столь непривычный для рынка релиз. В 1999-м появилась сокращённая версия под названием Jerusalem длительностью около 52 минут, а полноценный Dopesmoker вышел в 2003 году и позднее переиздавался в других вариантах сведения. Про запись до сих пор ходит не подтверждённая документами байка о потраченных на траву деньгах лейбла. Настоящий подвиг группы гораздо интереснее: они убедительно показали, что композиция длиной в час может иметь собственную драматургию и удерживать преданную аудиторию без привычных музыкальных компромиссов.

После этой истории участники разошлись по разным проектам, и каждый продолжил развивать отдельную сторону общего звучания. Мэтт Пайк основал High on Fire, где тяжесть получила гораздо больше скорости и металлической ярости. Эл Сиснерос вместе с Крисом Хэкиусом создал Om, проект с повторяющимися басовыми рисунками, ритмическими циклами и почти обрядовым настроением; позднее состав изменился. А сами Sleep неожиданно вернулись с альбомом The Sciences, выпущенным 20 апреля 2018 года, в дату, имеющую особое значение для канна-культуры. Тут хочется отдельно отметить чувство юмора музыкантов: они прекрасно понимали, какое место занимают в этой культуре, и никогда не делали вид, будто их гигантские риффы появились в совершенно нейтральном вакууме. Впрочем, даже самый далёкий от темы слушатель способен оценить звук Sleep без всяких дополнительных пояснений. Главное – не включать Dopesmoker с расчётом «быстро послушать одну песню перед выходом».

От космических полётов до мрачных подземелий: стоунер бывает разным​

Было бы несправедливо сводить жанр только к Kyuss и Sleep. Пока одни музыканты исследовали пустынную психоделию, а другие проверяли пределы медленного риффа, вокруг росла целая компания групп со своим характером. Возьмём Fu Manchu. Эти калифорнийцы звучат так, словно стоунер встретился со скейт-культурой, гаражным роком и любовью к старым автомобилям. Их песни заметно бодрее, короче и прямолинейнее, чем эпические путешествия Sleep. Альбом The Action Is Go 1997 года отлично передаёт настроение: мощные гитары, энергичные барабаны и ритм, под который мысленно уже катишься по пустой дороге. А рядом – Clutch, группа из Мэриленда, которая виртуозно соединяет тяжёлый рок с блюзом, фанком и невероятно живой ритмикой. Послушай Blast Tyrant 2004 года или более ранние записи, и поймёшь, насколько танцевальным иногда бывает этот вроде бы неповоротливый жанр.

Совершенно отдельная история – Monster Magnet из Нью-Джерси. Там, где Kyuss смотрели на пески и горы, лидер группы Дэйв Вайндорф предпочитал космос, комиксы, старую научную фантастику и психоделический рок. Альбом Dopes to Infinity 1995 года наполнен гитарными завихрениями, мощными припевами и ощущением, будто ты попал на радиостанцию из параллельной вселенной. Позднее Powertrip 1998 года и композиция Space Lord помогли группе выйти к гораздо более широкой аудитории. Мне особенно нравится в Monster Magnet отсутствие всякой неловкости перед собственной чрезмерностью. Если уж петь о космических приключениях, то с таким размахом, будто на кону судьба галактики.

А вот британские Electric Wizard предлагают путешествие совсем в другую сторону. Их альбом Dopethrone 2000 года – один из главных ориентиров для поклонников stoner doom. Музыка здесь густая до неприличия, гитары перегружены, темпы неторопливы, а атмосфера напоминает старый фильм ужасов, который зачем-то показывают в подвале заброшенного кинотеатра. Композиция Funeralopolis сначала медленно разворачивается, а затем обрушивается такой тяжестью, что даже знакомый с металлом человек может удивиться. В текстах и оформлении группы смешиваются каннабис, оккультные образы, фантастика и эстетика дешёвых хорроров. При этом Electric Wizard вовсе не обязаны понравиться каждому. Их намеренно грязный звук и мрачное настроение подходят для определённого состояния души. Но если захочется узнать, насколько далеко можно увести стоунер от солнечной Калифорнии, пропускать их точно нельзя.

Есть и более суровые ответвления. Bongzilla из Висконсина открыто сделали каннабис частью своей сценической идентичности, смешав тяжёлые риффы со сладжевой вязкостью. Weedeater из Северной Каролины добавили ещё больше хриплого вокала, грубого басового грохота и почти панковской неотёсанности. Чикагские Bongripper пошли собственным путём, делая ставку на массивные инструментальные композиции. А если после всего этого захочется вернуться к чему-то более воздушному, попробуй Yawning Man: их музыка напоминает, что пустынный рок прекрасно обходится без постоянной демонстрации силы. Получается забавная картина: люди называют всё это одним словом «стоунер», хотя между лёгким инструментальным джемом и почти непроницаемой стеной звука бывает целая музыкальная вселенная.

Почему каннабис стал частью этой музыки, а не просто темой песен​

Теперь давай поговорим о том, что для нашего сообщества особенно интересно. Почему именно каннабис оказался настолько тесно связан со стоунер-роком, что попал даже в название жанра? Здесь нет одной волшебной причины. В шестидесятые и семидесятые каннабис был заметной частью контркультуры, вместе с психоделическим роком, независимыми концертами и стремлением жить не по чужому расписанию. Позже эту эстетическую линию подхватили музыканты, которым не очень хотелось вписываться ни в прилизанный коммерческий рок, ни в строгие правила металлических сцен. Каннабис оказался для многих удобным символом свободы, расслабленности, дружеского общения и неприятия излишней серьёзности. Важно только не перепутать символ с музыкальной техникой: никакой особый стафф сам по себе не сочиняет хороший рифф и не заменяет музыкантам чувство ритма, талант и годы репетиций.

В стоунере связь с каннабисом проявляется сразу на нескольких уровнях. Есть прямые отсылки в текстах, как в Sweet Leaf у Black Sabbath, или разросшаяся до целой фантастической религии образность Dopesmoker. Есть названия коллективов вроде Bongzilla, Weedeater и Bongripper, альбомов вроде Dopethrone и обложки с характерной зелёной символикой. Есть концертная культура с её неформальностью, любовью к небольшим площадкам, самодельным афишам, винилу и долгим разговорам о музыке. Наконец, есть само представление о звуке: неспешный ритм, цикличность, насыщенные басовые частоты и стремление погрузить слушателя в атмосферу, а не оглушить бесконечными музыкальными трюками. Каннабис стал частью языка, на котором эта сцена рассказывает о себе. Причём кто-то использует эту тему всерьёз, кто-то откровенно шутит, а кто-то почти не обращается к ней, хотя его музыку всё равно записывают в стоунер.

Именно поэтому мне не очень нравится упрощённое объяснение «это рок для укуренных». Оно одновременно смешное и совершенно недостаточное. Стоунер действительно вырос рядом с канна-культурой, и отрицать это было бы странно. Но за характерной эстетикой скрывается огромный пласт музыкальной истории: блюзовые гармонии, эксперименты с усилителями, наследие психоделии, идеи панк-сцены «сделай сам», влияние раннего металла и любовь к живым импровизациям. Можно вообще не интересоваться каннабисом и при этом получать огромное удовольствие от Kyuss или Fu Manchu. И наоборот, можно прекрасно разбираться в каннабис-культуре, но не проникнуться гулким, медленным звуком Electric Wizard. Есть музыка, и она работает прежде всего благодаря тому, как сыграна.

С чего начать знакомство и куда отправиться дальше​

​

Если ты добрался до этого места и уже хочешь составить себе плейлист, я бы не советовал сразу бросаться в самые экстремальные записи. Лучше двигаться от понятного рокового грува к более длинным и тяжёлым вещам. Для первого вечера вполне хватит нескольких треков Kyuss, Fu Manchu или Monster Magnet: они дают прочувствовать фирменный звук и при этом не требуют привыкать к часовым композициям. А потом можно выбрать направление по настроению. Хочется мелодий, дороги и ощущения солнца на лице? Ищи пустынный и психоделический рок. Нравится, когда гитарный звук становится почти физически ощутимым? Тебя ждут Sleep и думовая сторона сцены. Предпочитаешь, чтобы песни постоянно менялись, но сохраняли тяжёлый фундамент? Тогда присмотрись к группам, которые смешивают стоунер с прогрессивным роком.

За пределами классической калифорнийской сцены сейчас тоже полно интересного. И чтобы не потеряться среди сотен названий, держи несколько ориентиров, с которыми приятно расширять музыкальную карту:

• Queens of the Stone Age – Songs for the Deaf (2002). Джош Хомме берёт пустынные корни и превращает их в цепкий, энергичный альтернативный рок. Здесь больше песенной структуры, но характерный ритмический почерк никуда не делся.
• Truckfighters – Gravity X (2005). Шведский ответ калифорнийским пустыням: упругие риффы, много фьюза и ощущение бесконечного движения. Хороший выбор, если в стоунере тебе понравился именно кач.
• Colour Haze – Tempel (2006). Немецкая группа показывает более созерцательную сторону жанра. Мелодии развиваются постепенно, музыка свободно дышит, а тяжёлые участки сменяются почти прозрачными.
• Elder – Dead Roots Stirring (2011). Для тех, кому мало привычной схемы «рифф, куплет, припев». Длинные композиции, сложные переходы и сочетание тяжести с красивыми инструментальными партиями.
• All Them Witches – Lightning at the Door. Здесь стоунер встречается с блюзом, мрачноватой психоделией и почти мистической атмосферой. Начни с When God Comes Back, если хочется чего-то одновременно цепкого и необычного.
• 1000mods – Vultures (2014). Греческая сцена доказывает, что для отличного пустынного рока не обязательно жить рядом с американскими каньонами. Плотные гитары, выразительный ритм и никакой лишней суеты.

Стоунер давно выбрался за пределы небольших клубов и генераторных вечеринок. У него есть международные фестивали вроде Desertfest, самостоятельные лейблы, сообщества коллекционеров пластинок и музыканты из самых разных стран. Те же Queens of the Stone Age пришли к гораздо более широкому рок-звучанию, а Elder годами расширяют пространство между тяжёлой психоделией и прогрессивной музыкой. Но главный принцип остался прежним: хороший рифф заслуживает времени. Его не обязательно торопить, украшать бесконечными эффектами или обрывать ради очередного припева.

Мне нравится думать, что стоунер сохранил редкую для тяжелой музыки способность никуда не спешить. Он может быть смешным, мрачным, медитативным, безумно тяжёлым или неожиданно уютным. Может часами рассказывать одну фантастическую историю, а может за четыре минуты заставить тебя влюбиться в звук гитары. И если после этой статьи ты откроешь Blues for the Red Sun, Sleep's Holy Mountain или любой другой альбом из нашей музыкальной прогулки и дослушаешь его до конца, значит, знакомство уже состоялось. А дальше всё просто: находишь понравившийся рифф, делаешь погромче ровно настолько, насколько комфортно, и позволяешь музыке самой показать дорогу.

Сорта конопли для стоунер-рока​

Сорт конопли Auto Mazar от сидбанка Dutch Passion​

Урожайность: 500 г/м²; 50-125 г/куст
Жизненный цикл: 70 дней
ТГК: 10-15%​

Auto Mazar от сидбанка Dutch Passion прекрасно вписывается в атмосферу неспешных вечеров под густые гитарные риффы Kyuss или Fu Manchu. В основе этого автика лежит знаменитая афганская генетика Mazar, дополненная автоцветущей индикой. Компактные кусты высотой 70-80 см отличаются неприхотливостью, крепким иммунитетом и обильным цветением. Плотные шишки радуют классическим землистым ароматом с ореховыми, пряными и слегка сладковатыми оттенками. При содержании ТГК 10-15% сорт обладает приятным, ощутимым stone-эффектом, который постепенно расслабляет тело и приносит спокойствие мыслям. Такой характер отлично сочетается со стоунер-роком, где никто никуда не торопится, а музыка раскрывается через глубокие басы, повторяющиеся риффы и затяжные инструментальные партии. Отличная компания для знакомства с альбомом Blues for the Red Sun.

Auto Mazar КУПИТЬ​

Сорт конопли Ultimate Afghan от сидбанка Семяныч



Урожайность: 500-600 г/м²; 900-1200 г/куст
Период цветения: 56-70 дней
ТГК: 28-32%​

Ultimate Afghan от сидбанка Семяныч создан на основе выносливой афганской генетики и по своему характеру напоминает тяжёлую сторону стоунер-метала. В гибриде сочетаются 70% индики и 30% сативы, а мощные кусты высотой до 150 см формируют обилие плотных, чрезвычайно смолистых шишек. Аромат складывается из землистых, кофейных, фруктовых и цитрусовых оттенков, дополненных приятной сладостью. Содержание ТГК 28-32% говорит о действительно высокой мощности, поэтому сорт рассчитан прежде всего на опытных ценителей каннабиса. Его эффект сочетает глубокое мышечное расслабление с ощущением ментальной ясности и сосредоточенности. По настроению Ultimate Afghan отлично перекликается с монументальными композициями Sleep: тяжёлые гитарные волны накатывают одна за другой, а внимание постепенно переключается на тонкости звучания. Особенно хорошо эта атмосфера соответствует легендарному альбому Sleep's Holy Mountain.

Ultimate Afghan КУПИТЬ​

Сорт конопли Ayahuasca Purple от сидбанка Barney's Farm



Урожайность: 500-600 г/м²; 800 г/куст
Период цветения: 56-70 дней
ТГК: 28-32%​

Ayahuasca Purple от сидбанка Barney's Farm выглядит так, словно её придумали специально для обложки психоделического стоунер-альбома. Скрещивание экзотической Red River Delta и легендарной Master Kush подарило гроверам чистую индику с роскошными пурпурными оттенками, плотными смолистыми соцветиями и выразительным тропическим ароматом. Кусты достигают 90-110 см в помещении и 120-150 см на улице, отличаются крепким строением и хорошей продуктивностью. Во вкусе переплетаются сочное манго, фруктовая сладость и нежное ореховое послевкусие. При 22% ТГК сорт известен глубоким, продолжительным stone-эффектом с выраженным телесным расслаблением и спокойным, созерцательным настроением. Подобный характер прекрасно перекликается с медленными композициями Electric Wizard и психоделическими путешествиями Colour Haze, где каждый рифф постепенно растворяется в следующем, создавая особенную гипнотическую атмосферу.

Ayahuasca Purple КУПИТЬ​

 

[WladimirP]

Уж кто, кто, а Марихуаныч отлично разбирается в качественной музыке!
Отличная подборка бэндов, мерси-боку!)
​